Они здесь навсегда
«Газета…» побывала в единственной в Украине колонии для женщин с пожизненным сроком заключения В Качановской колонии №54 в Харькове отбывают наказание более 800 женщин, 17 из которых – «пожизненницы». Последних содержат отдельно от обычных заключенных – в трехэтажном корпусе, который построили три года назад. В нем все устроено «по евростандарту»: вместо камер – чистенькие комнаты на 2–3 человека, с недорогой, но добротной мебелью, металлопластиковые окна – без решеток. В каждом «номере» – свой санузел с горячей водой, умывальником и биде, телевизор, коврик. На свежевыкрашенных стенах у кого-то – незатейливые картины, у кого-то – иконы. Днем двери в комнаты открыты, женщины свободно общаются и ходят друг к другу в гости. – Все женщины разные, у каждой своя история и свой характер, и, распределяя их по комнатам, мы это обязательно учитываем. Не селим вместе тех, кто конфликтует между собой, чтобы не создавать проблем ни себе, ни им, – рассказывает начальник сектора для «пожизненниц» Татьяна Метлюк. В корпусе есть и небольшой спортзал с тренажерами, библиотека и кабинет врача. Психолог здесь бывает раз в неделю. По понедельникам женщин навещает батюшка из православной церкви, в остальные дни – представители других конфессий. В храм на территории колонии этим заключенным ходить не разрешается. В 7 утра у женщин уже начинается рабочий день. Трудятся они до 15.15, с перерывом на обед. После работы – хор, танцы, вышивка, выпуск стенгазет. Потом – прогулка, ужин, телевизор, вечернее построение, отбой в 21.30. «Пускай дают мясо без каши!»Кормят «пожизненниц» группками по несколько человек, в небольшой столовой с тремя столиками и раздаточным окошком. Они едят отдельно от тех, чей срок не превышает 15 лет, хотя меню для всех одинаковое. Утром обычно бывают каша и чай, на обед – суп и мясо с гарниром, на ужин – овощи с рыбой. Хлеб для всей колонии пекут заключенные, отбывающие наказание «на легком режиме», каждый день около 600 буханок-кирпичиков. Они могут готовить себе еду и сами – правда, разрешаются только бутерброды или вермишель быстрого приготовления. В «еврокорпусе» есть вполне современная кухня с посудой и электрочайником. Плиты здесь нет, пользоваться спичками, как и стеклянной тарой, женщинам запрещено.– Честно сказать, не все на свободе так живут и питаются, как здесь, – признается Татьяна Метлюк. – У нас есть женщины, которые, отсидев по несколько лет, стали выглядеть значительно лучше, чем до тюрьмы. У них появляются время и желание ухаживать за собой, ходить к врачу, даже спортом заниматься. Мария Федоровна Вовк – одна из таких. Она самая старшая здесь – ей уже под семьдесят. Срок получила за то, что убила собственного мужа и трех малолетних внуков. Пыталась таким образом отомстить невестке, с которой не ладила. О том, что совершила, бабушка говорит неохотно. – Это мои кровиночки, я имела право, – рассуждает она.У Марии Федоровны и в колонии сохранились привычки запасливой расчетливой хозяйки. Получая пенсию в 600 с лишним гривен и находясь на полном довольствии, она за 10 лет в тюрьме сумела скопить «кое-что на старость». С каждой пенсии Мария Федоровна покупает «на товарке» сгущенку, несколько килограммов конфет и сала, чтобы отправить посылку на волю – там у нее остались сыновья с невестками. Сегодня Мария Федоровна выглядит, и правда, куда свежее и моложе, чем на «дотюремном» фото. За годы пребывания в Качановке избавилась от букета хронических заболеваний, от которых страдала раньше. Тем не менее, условиями содержания пенсионерка недовольна: – Я хочу знать, за что я плачу здесь деньги! Хочу, чтобы нам давали чистое мясо, а его перемешивают с кашей, я так не могу есть! – возмущается Мария Федоровна.«Я не такая преступница, как ты…»Татьяна Метлюк работает с «пожизненницами» уже 13 лет. – Они все совершенно разные. У многих это не первая судимость. Конечно, и конфликты между ними не редкость, ведь после таких преступлений психика у всех изувечена, – говорит Татьяна Витальевна.Всего на счету 17 «пожизненниц» – почти полсотни убийств. При этом раскаиваются и признают себя виновными лишь несколько женщин. Остальные – таких большинство – пытаются оправдать себя в глазах администрации и соседок. Разговоры на тему: «Я ничего не совершала, а взяла на себя чужую вину» здесь не редкость.– Они хотят хорошо выглядеть перед администрацией и самоутвердиться друг перед другом – мол, я не такая преступница, как ты. Это такой психологический прием. Человек пытается оправдаться, чтобы ему сидеть было легче, – такой страшный груз носить невозможно, надо реабилитироваться перед самим собой, – объясняет начальник сектора. К примеру, Валентина Молчанова – новичок в колонии – попала в Качановку полгода назад. Пожизненный срок эта крупная женщина лет 50 получила за серийные убийства пенсионерок в селах Харьковской области. Согласно материалам следствия, она лишала жизни одиноких старушек, чтобы поживиться их «богатством». Забирала деньги, белье, кухонную утварь и даже консервацию. Женщина не раскаивается в содеянном – просто твердит, что она не совершала преступлений. – Милиции надо было повесить на кого-то убийства, я и взяла все на себя. Они мне так руки выкручивали, что я все и подписала, – рассказывает она. Пожалела племянницуДругая заключенная, Нина Мосина, говорит, что в тюрьму попала по глупости: в 2003 году ее посадили за убийство тети. Женщина до сих пор не может себе простить, что не сдержалась в тот роковой день. Труп Нина Сергеевна спрятала у себя же в огороде – правоохранители нашли его только через два года, по наводке одного из родственников.– Тетя очень сильно пила, и я не могла ей простить, что она издевалась над своей внучкой-инвалидом… У Ирочки позвоночная грыжа, она ходить не могла, а тетя пропивала все ее деньги и так ее мучила! Как я могла на это смотреть спокойно? Хотя я очень жалею, что так все получилось, – плачет Нина Сергеевна. За то убийство вместе с ней срок – правда, не пожизненный – получила и ее дочь. Сейчас женщина мечтает только об одном: чтобы Наташа поскорее освободилась и позаботилась о 13-летней племяннице Ирочке Минченко: прикованная к постели девочка живет в днепропетровском интернате для сирот-инвалидов. «Мы же отсюда выйдем?..»Почти все женщины уверены, что за решеткой они не навсегда и когда-то выйдут на свободу. Одни просто говорят об этом, другие годами пишут письма то в Верховный Суд, то в Европейский и настаивают на пересмотре дел.Одна из таких – Ирина Петренко. Она отбывает наказание уже 13 с половиной лет. В 1996-м ее приговорили к расстрелу за то, что убила несколько человек – «по бизнесу». Позже меру наказания заменили пожизненным сроком. На свободе у женщины остались трое детей, и она уверена, что рано или поздно вернется к ним. – Мой младший, Алешка, уже взрослый парень, а когда меня забирали, ему было всего 3 годика. Не могу себе простить, что он без меня вырос, – плачет Ирина. – Условия здесь созданы для нас очень хорошие, особенно по сравнению с колонией, где я в 90-х отбывала наказание. Там был каменный пол, мокрые голые стены… Здесь легче физически и морально, но эта комната никогда для меня домом не станет. Поэтому я и рвусь домой, в Крым.На днях Ирине Петренко исполнилось 50 лет. За все годы в колонии день рождения она не отмечала ни разу.– Праздновать буду уже дома, когда освобожусь, – объясняет женщина. Тем не менее, в этот раз подруги по несчастью все равно пришли с подарками – кто принес открытку, кто вышитую салфетку. Угощение для них Ирина купила «на товарке» – вафельный тортик, немного конфет и чай. Женщина и в тюрьме старается ухаживать за собой и выглядит моложе своих лет: стройная фигурка, аккуратный макияж, в волосах – огромный синий бант, под цвет казенного халата. Она не утратила связи с семьей – на каждое свидание к ней приезжают то сестра, то дети. Больше всего, говорит Ирина, она благодарит Бога, что родные от нее не отвернулись. И добавляет:– Сейчас о нас, пожизненницах, так много пишут, рассказывают, как это страшно. Но камеры здесь все равно пополняются! Разве наши судьбы других ничему не учат? Передайте, пожалуйста, тем, кто сейчас на свободе: цените то, что у вас есть, и не попадайте сюда! КстатиЧто им еще можно?Обычные заключенные в Качановке могут почти свободно передвигаться по территории, учиться в школе, ходить на службу в церковь и гулять в местном парке. «Пожизненницы» выходят на прогулку лишь после 16 в огороженный каменным забором крохотный дворик, где есть лишь пара скамеек. Раз в три месяца женщинам положено долгосрочное свидание с родственниками – на трое суток. Посылки и передачи от родных принимаются без ограничений. Раз в месяц имеют право на четырехчасовое свидание с семьей, которое можно заменить 15-минутным телефонным разговором. Чем они занимаются?Из 17 «пожизненниц» от работы освобождены только трое пенсионерок. Остальные трудятся, в основном, «на швейке» – шьют все, начиная от милицейской формы и заканчивая детскими матрасиками и нижним бельем. Кроме того, женщины могут делать шлакоблоки, собирать детские кроватки или клеить пакеты, в которые расфасовывают корм для рыбок. Самые «передовые» получают около 600–700 гривен в месяц «чистыми» – с учетом вычетов на питание, коммунальные услуги и алименты – компенсацию родственникам пострадавших. Деньги женщины не получают на руки, им переводят их на лицевой счет, и каждая может их тратить по своему усмотрению. Например, делать покупки «на товарке» (в магазинчике на территории колонии), отсылать родным или просто копить. – У нас здесь все намного дешевле, чем в обычных магазинах, поэтому даже на совсем небольшую, по гражданским меркам, зарплату или пенсию женщины могут позволить себе и сладости, и фрукты, и косметику – все необходимое, – говорит Татьяна Метлюк.Сейчас в Качановской колонии содержат более 800 женщин. 17 из них попали сюда за убийства, совершенные с особой жестокостьюПожизненницы гуляют отдельно от обычных заключенных – в маленьком огороженном дворикеНина Мосина получила срок за убийство тети – раскаивается, что не смогла сдержатьсяПомещения, в которых содержат женщин, ничем не напоминают тюремные камерыОбычных заключенных кормят отдельно от пожизненниц, но меню одинаковое для всех. мясо, рыбу и овощи узницы получают ежедневно, оплату за питание высчитывают из их зарплатыВ каждой комнате есть отдельный санузел с горячей водой, отремонтированный «под евро» Ирина Петренко: «Праздновать дни рождения буду, когда вернусь домой»Пенсионерка Наталья Дмитриевна от работ в цеху освобождена по возрасту. Время занимает чтением религиозных книжек