Милиция Харькова – за цензуру информации о тройном убийстве

Беспрецедентное требование. Милиция считает, что журналисты должны прекратить информировать общественность о судебном рассмотрении дела о тройном убийстве на Салтовке, информирует АТН. Напомним, дерзкое преступление произошло в феврале на перекрестке улиц Героев Труда и проспекта Тракторостроителей. Возле церкви прохожие обнаружили тела двух мужчин и пожилой женщины. По обвинению в убийстве с целью ограбления на скамье подсудимых оказались двое ранее судимых мужчин 20 и 24 лет. Пока шло следствие, представители милиции сами охотно комментировали задержание подсудимых. Но когда в суде те заявили, что не признают вину, так как признание из них выбили в райотдела пытками, правоохранители обиделись. Дескать, журналисты врут и мешают следствию Критиковать работу журналистов представители милиции начали сразу после того, как обвиняемые в тройном убийстве – Александр Макаров и Дмитрий Дорофеев – заявили в зале суда, что они не совершали преступлений, а признание оперативники из них просто выбили. Близкие погибших не поверили обвиняемым, но адвокаты нашли в материалах дела немалую путаницу: даже в признаниях обвиняемых сначала пишут, что убивали одним орудием, потом другим, путают одежду погибших, настаивают, что имеют алиби. Процесс по делу тройного убийства в соответствии с законодательством Украины является открытым. В зале на заседаниях присутствовали журналисты, которые обнародовали все эти заявления. Но милицию работа репортеров возмутила. Судебное разбирательство, в своем официальном заявлении, правоохранители приравняли к тайне следствия и государственной тайне и обвинили журналистов в том, что они "перечеркивают ежедневную кропотливую работу сотрудников милиции в предупреждении и раскрытии преступлений, обеспечении правопорядка и безопасности граждан на территории города Харькова и области ". К тому же обвиняют журналистов в распространении недостоверной информации. Александр Бовшик, первый замначальника Московского РО: «У порушенні таємниці слідства журналісти через засоби масової інформації поширюють недостовірну, неперевірену та необ’єктивну інформацію, що стосується обставин скоєння злочину». Юристы характеризуют позицию милиционеров, по крайней мере, как странную, ведь приведенный ими коктейль цитат из законодательных актов к плоскости закона, согласно заключениям экспертов, никакого отношения не имеет. Тот факт, что информация репортеров является недостоверной, должен также устанавливать суд. Тем более отрицать, собственно, не комментарии, а ретрансляцию заявлений участников открытого процесса никто не вправе. Следствие, кстати, субъектами которого журналисты не были, завершено, доказательства вины обнародованы, и каждый гражданин имеет право знать, по каким обстоятельствам предъявлены обвинения. Андрей Кристенко, юрист Харьковской правозащитной группы: «Это уже открытый судебный процесс. Если журналисты просто ретранслируют, что воспроизводится в суде, это не может быть никаким вмешательством, никакой "тайной следствия," что к данному делу не относится». Абсолютно недопустимыми заявления милиции со ссылками на тайну следствия считает и председатель областного союза журналистов Александр Голубь. Он подчеркивает: в законе "Об информации", на который также ссылаются правоохранители, нет запрета на разглашение информации, которая была озвучена в ходе открытого судебного разбирательства. Александр Голубь, председатель облпрофсоюза журналистов: «Слідство завершено – завершено. Таємниця слідства уже закінчилась – уже розгляд судових справ. На цьому етапі, я вважаю, дуже важливо, щоб не вийшла якась судова помилка». Более того, говорит Александр Голубь, обнародовать все мнения и заявления, которые звучат во время процесса, чтобы не допустить фальсификации приговора, является прямой обязанностью журналиста. А, по словам правозащитника Андрея Кристенко, по европейской практике, только само заявление о применении незаконных средств воздействия во время следствия становится поводом для обсуждения судебных процессов в прессе.